//baza.vgd.ru/1/68259/ KARNIOLIN-PINSKY ru //baza.vgd.ru/1/68259/p205000.htm#pp205000 //baza.vgd.ru/1/68259/p205000.htm#pp205000 Карниолин-Пинский Матвей Михайлович (1794-1866) — сенатор, учился в Смоленской гимназии и в СПб. педагогич. институте, из которого выпущен был учителем естественной истории, технологии и коммерческих наук в Симбирскую гимназию; позже был учителем в московском Лефортовском кадетском корпусе и преподавал декламацию в театральной школе. Получив должность губернского уголовных дел стряпчего, К. стоял среди сослуживцев особняком, вращался преимущественно в обществе литераторов, писал в журналах и для театра, но статей своих не подписывал. В начале 1830-х годов К. обратил на себя внимание министра юстиции Дашкова и переведен был в СПб. обер— секретарем Сената, а потом был обер-прокурором одного из уголовных департаментов Сената. В 1846 г. К. назначен был директором департамента министерства юстиции; здесь он привлекал на службу молодых людей с высшим образованием, из которых вышло много видных деятелей пореформенного суда. В 1850 г. К. сделан сенатором. Суровый и прямолинейный юрист, он недоверчиво относился ко многим сторонам судебной реформы 1864 г., когда она еще не вышла из процесса созидания; особенно не нравились ему присяжные заседатели. С введением реформы в действие (1866) К. назначен был первоприсутствующим уголовного кассационного департамента, а также общего собрания кассационных департаментов. Призвание на этот пост застало К. на краю могилы: он уже не в силах был участвовать в заседаниях Сената, где его обыкновенно заменял В. А. Арцимович. Но когда уголовный департамент Сената 1 5 сент. 1866 г. должен был впервые рассматривать в качестве первой инстанции одно дело с участием присяжных заседателей, К. приехал в Сенат и под руки введен был на лестницу. В зале заседаний в нем проснулся опытный юрист, понявший — и, быть может, в душе полюбивший — новую, неизведанную еще форму суда. Заседание было ведено им во всех отношениях образцово, с полным соблюдением равноправности сторон и сохранением уважения к личности обвиняемых; напутствие присяжным, сказанное К., было исполнено беспристрастия и в то же время чуждо бесцветности. О К. как учителе в Симбирске см. ст. Христофорова в "Русском архиве" (1876 г., № 8.) Ср. еще воспоминания А. Ф. Кони в "Юридич. летописи" (1892 г., № 4).<br /><i>"Брокгауз и Ефрон"</i> Ne administrator Tue, 17 Apr 2007 18:18:06 +0400