|
|
|
![RSS](//baza.vgd.ru/styles/vgd/rss.png) |
Наставником Великих Князей в ту пору стал дипломат и историк, близкий друг Хомякова, Киреевского и других славянофилов, В.П. Титов. Большое участие в деле воспитания августейших детей принял профессор Погодин, также приходившийся другом Титову, уже с первых дней обещавший присылать биографии замечательных русских людей для воспитания в юных питомцах отчизнолюбия. Эта идея очень понравилась Владимиру Павловичу, в ответном письме Погодину он писал: «В наш век ум вообще слишком разбегается. Смолоду важнейшая задача его сосредоточивать. Присылай мне обещанные тобою Русские биографии. Мы, Русь, чересчур слабы по этой части, забывая, что во всяком деле и во всём примечательном и дельном главное всё же остаётся человек с его пороками и качествами». В уже упомянутой речи К.П. Победоносцев говорил о годах взросления будущего Государя-Миротворца: «Он вырос возле старшего брата, наследника престола, можно сказать, в тени Его, питая Свою душу дружбой с Ним, воспринимая от Него впечатления и вкусы Его умственного и нравственного развития. То были годы беспорядочного брожения умов в науке, в литературе, в обществе, но близ Царевича стояли люди, которые способны были привлечь Его внимание к явлениям русской жизни, к сокровищам духа народного и в истории народа и в его литературе. Таковы были Ф. И. Буслаев и С. М. Соловьев. Под влиянием их образовались вкусы обоих братьев и интерес их к русской старине. В поездках Своих по России, изо дня в день одушевляемый встречавшим Его повсюду народным движением, Цесаревич успел узнать и полюбить народ Свой и проследить ход его истории на памятниках древности. Успел узнать и полюбить природу коренного русского края, столь сродную русскому духу. Душа Его росла и крепла на родной почве, в родной атмосфере, и в письмах к любимому брату Он передавал ему свои ощущения». Кроме упомянутых Буслаева и Соловьёва среди преподавателей Августейших детей был и представитель «западников» - профессор Московского университета К.Д. Кавелин, придерживавшийся довольно радикальных взглядов и хлёстко критиковавший власть. Его взгляды, впрочем, не вписывались в традиционные трафареты тогдашних вольнодумцев. Кавелин, несмотря на свои резкие нападки на действия власти, не был противником монархии. Идеальный строй виделся ему в сочетании неограниченной власти Государя и возможно широких местных свободах, при котором дела местные переходили бы в ведение выборных людей. Горячий противник крепостного права, Кавелин пользовался поддержкой Великого Князя Константина Николаевича и Великой Княгини Елены Павловны, для которой им был составлен проект освобождения крестьян её имения. Человек выдающегося ума и подлинной, глубокой учёности, он был приглашён Государыней преподавать Наследнику законоведение. При первой встрече Кавелин честно рассказал Императрице о своих взглядах, о своей дружбе с Грановским, Белинским и Герценом, осведомившись, не послужит ли это препятствием к занятию столь ответственной должности. Мария Александровна всё же не изменила своего решения. Цель, преследуемую им в своих уроках, Кавелин определял так: «Будущему обладателю миллионов молодого в истории народа, каков народ русский, более чем всякому другому европейскому монарху прежде и больше всего необходимо носить в своём уме и сердце те вечные непреложные начала правды, без которых человеческое общество впало бы в безначалие и хаос, ибо во всяком другом европейском государстве есть много юристов теоретиков и практиков, много публицистов, которые на всякий вопрос могут тотчас же дать совершенно точный, ясный и удовлетворительный ответ; в России же, по самому её политическому уставу, а ещё более по недавности нашего образования, Государь в очень многих случаях вынужден, напротив, в самом себе искать разрешении важнейших вопросов законодательства, права и администрации». Новый преподаватель продержался на своей должности недолго. Резкость его суждений и наговоры «доброжелателей» настроили против него Императора. Кавелин был отстранён от преподавания. От предложенного ему вознаграждения он отказался, пояснив в письме Титову, что оно бы нравственно тяготило его, «особенно при мысли, что такое святое и великое дело, как воспитание будущего Государя России, дл него, русского, не сделавшего ещё ничего, послужило как бы средством для денежных соображений». Из всех наставников Великий Князь Александр Александрович был наиболее привязан к Якову Карловичу Гроту. Внук протестанского пастора, поселившегося в России при Екатерине, он был одним из первейших знатоков русской словесности, которую наряду с русской историей преподавал в Финляндском университете. Грота юный Великий Князь встречал не иначе как с распростёртыми объятиями, кидался к нему на шею и повисал на ней, громко смеясь. Как писал С.С. Татищев в своей монографии, посвящённой детству и юности будущего Императора, «от природы очень вдумчивый и чрезвычайно любознательный, Великий Князь бывал рассеян и невнимателен в классе, лишь когда речь шла о сухих и отвлечённых предметах, например о грамматических правилах. Но зато всякое мало-мальски интересное чтение увлекало его. Грот, с любовью трудившийся над развитием его пытливого ума, пользовался этим, чтобы как можно больше упражнять его в чтении, то заставляя читать, то сам читая ему и стараясь поддержать в нём внимание и интерес к прочитанному. Александр Александрович часто прерывал чтение вопросами, всегда дельными, а порою и очень меткими, и если книжка ему понравится, то просит учителя ему её оставить, говоря, что ему хочется самому перечитать её. На следующий день он бежал навстречу Гроту, восклицая: «А я ещё раз прочёл книжку. Как интересно!» Какие же книжки читал будущий Государь? «Еще в детстве любимым Его чтением были исторические романы Загоскина и Лажечникова, - говорил К.П. Победоносцев, - и в нем, как во многих русских детях, это чтение возбудило первое движение любви к отечеству и национальной гордости. Интерес к этому чтению сохранил Он и в юности, и в последующие годы Своей жизни. Беседы с С.М. Соловьевым открыли Ему внутренний смысл русской истории и значение борьбы, которую вело собиравшее землю государство с противогосударственными и противоязычными силами. Ему случалось сходиться с умными русскими людьми, и Он любил слушать их речи о русской старине и суждения о делах и событиях нового времени с русской точки зрения: так росла в Нем та чуткость к русским интересам, которая в годы царствования открылась нам в силе истинной государственной мудрости. Памятники русской старины, которые Он изучал наглядно во время поездок по России, были для Него предметом особливого интереса, и Он ощущал тонко ту своеобразную красоту линий и украшений, которою отличался тип нашей старинной церковной архитектуры. С тех пор требовал Он к Своему рассмотрению все проекты новых церковных сооружений, и глаз Его с удивительною верностью различал все, что в отдельных частях здания нарушало цельную его гармонию или не согласовывалось с основным типом. В душе Его отражался лучшими привлекательными чертами тот образ великорусского человека, который привлекает к нему сочувствие всех успевших близко с ним ознакомиться. И в людях и в учреждениях Ему было противно все искусственное, напускное и напыщенное; но простой человек, приближаясь к нему, чувствовал свое душевное сродство с Русским Государем». О наставнике Гроте Александр Александрович говорил: «Коль скоро что сказал Яков Карлович, то это так же верно, как Евангелие». Ко дню совершеннолетия Наследника, Грот написал для него ряд поучений, которые весьма пригодились и любимому его ученику. Первое из этих поучений было молитвой Цесаревича о вселении в его сердце «тёплой любви к человечеству»: «Сегодня глядит на меня Россия, глядит с любовью и надеждой; отныне она будет внимательнее следить за каждым шагом моим. О, дай мне любить её со всем жаром верного её сына; дай мне помнить святые узы, которые Ты при самом рождении моём установил между мною и ею, дай мне помнить священный долг, ожидающий меня в будущем: заботиться о её благе, посвящаться её пользе и величию все минуты моего существования. Пусть мысль о милом отечестве, о дорогом русском народе поддерживает меня всегда на том пути, который я сегодня избираю по долгу и доброй воле, - на пути правды, чести и славы. Да возлюблю я русский народ так же горячо, как он любит своих Царей, и да буду с таким же вниманием изучать его, с каким он сегодня устремляет на меня свои взоры». Грот учил, что правдивость, любовь к правде – священный долг венценосца, от примера которого зависит господство правды или лжи в целой стране. К этому наставлению прилагалось стихотворение: Минутный призрак жизнь земная, И блеск и шум её – обман; Но тайна скрыта в ней святая И смысл Божественный ей дан. Тому, что зрит плотское око, Ты легкой веры не давай, Но в сокровенное – глубоко Духовным взором проникай, И ведай: многое, что низко, Стоит пред Богом высоко, И часто в жизни то к нам близко, Что мы ищем далеко. О, воспитай в себе уменье В пучине призраков и лжи Провидеть истины явленье Очами зоркими души. «Что может быть дороже правды для того, кто облечён властью и желает добра? – вопрошал Грот. - Зачем и власть, если не для содействия торжеству правды на земле?» На многие вопросы отвечал мудрый наставник в своём поучении. С.С. Татищев писал: «На вопрос «Зачем учиться?», Грот отвечал: «Чем выше роль которая предназначена человеку, тем ему нужнее приобрести заблаговременно многообразные и особенно основательные познания», а на другой вопрос: «Чем приобретается общая любовь?» - что необходимые условия для снискания любви – сердечная теплота, благоволение, добрые дела, чистота намерений и прямодушие действий. «Всегда вперёд!» - поучает Грот Наследника и указывает ему на самоусовершенствование как на высшее честолюбие всякого истинно просвещённого человека». Всё поучение Якова Карловича пронизано любовью к России и русскому народу. Кратко очертив её исторический путь, Грот резюмировал: «Ужели не заслуживает названия исторической нации народ, одарённый столь счастливой организацией, соединяющей столько силы и бодрости с таким христианским смирением, с такой покорностью Провидению и земной власти, с такою любовью к своим Царям? Ужели недостоин великой будущности народ, готовый по одному мановению просвещённого Государя стать на стезю очищения и правды, правды, которой ему до сих пор недоставало и которой отсутствие он сам чувствовал, но безропотно оплакивал?»
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 #
|
Текущий рейтинг темы: Нет |
|